• 13 апреля в селе Горькая Балка состоялась военно-историческая реконструкция, посвященная 100-летию первого Кубанского (Ледяного) похода

    Барон Орле, корнет Новиков, супруга и экономка

    Военно-историческое общество «казачья слава» г. Азов, беженцы, пробиваются к красным

    Семья Ладыниных, белогвардейцы, Таганрог

    Московская сводная добровольческая бригада. Точность реконструкции 100 процентов. Даже сапоги подбиты деревянными гвоздями, как и 100 лет назад

    Белая армия в очереди за пирожками

  • В Новопокровском районе состоится реконструкция «Ледяного похода»

    Историческую реконструкцию, посвященную 101-летию первого Кубанского похода добровольческой армии — Ледяного похода, проведут в апреле на территории Горькобалковского сельского поселения.

  • В селе Горькая Балка 13 апреля состоится военно-историческая реконструкция, посвященная 100-летию первого Кубанского (Ледяного) похода

    Мероприятие пройдет на месте событий времен Гражданской войны.

    Кубанский (Ледяной) поход - это первый поход на Кубань добровольческой армии под командованием генерала Лавра Корнилова в 1918 году. Ее движение с боями проходило от Ростова-на-Дону к Екатеринодару и обратно на Дон. Вряд ли за всю военную историю в России была еще какая-то армия, равная по героизму и отчаянию этим «первопоходникам».

  • И залпы тысячи орудий…

    Российское военно-историческое общество к 100-летию 1-го Кубанского (Ледяного) похода проводит специальные экспедиции по местам реальных событий с реконструкцией эпизодов сражений 1918 года. Первую провели в марте 2014 года в селе Средний Егорлык. Несколько боев прошли на Кубани. 13 апреля 2019 года «сражение» реконструировали в селе Горькая Балка.

  • Репортаж с передовой: корреспондент "СГ" побывал на реконструкции "Ледяного похода"

    Пошумели...

    Ирина и Анатолий Серенко живут на улице Родниковской в селе Горькая Балка. Живописный уголок. Рядом — река. Всегда тихо. Но не 13 апреля.

    С утра территорию напротив двора заполонили солдаты. Красные, белые... Сотни людей в военной форме... Все они готовились началу масштабного мероприятия - реконструкции боя, посвященного 100-летию 1-го Кубанского похода. И волею судьбы супруги Серенко и их немногочисленные соседи стали первыми зрителями первого боя.

    Такого погружения в прошлого селяне не ожидали. Выстрелы орудий, громогласные крики: «Ура!» «Бей буржуев!» были слышны отовсюду. Картинка происходящего постоянно менялась, только успевай следить, кто кого атакует. Зрителей собралось много, не испугал даже дождь. Ирина и Анатолий имели преимущество — супруг взобрался на крышу трактора у своего дома и снимал на телефон панораму боя.

    - Такого зрелища я никогда не видела, - признается Ирина. - Грандиозное мероприятие! Пошумели на славу!

    Первая атака. Есть раненые

    Второй бой

    Беженки-казачки

    Пока мужчины билась на поле, мы познакомились с красивыми донскими казачками - Людмилой Сыроваткиной и Натальей Руденко.

    - Беженки, - представляются женщины.

    На наш немой вопрос, поясняют:

    - Идем к своим, за красными. Хотите яичко?

    Становится понятно — герои реконструкции. И яички, и остальная провизия, аккуратно завернутая в салфетки и уложенная в плетеные корзины, — провиант, который дали неравнодушные люди окрестных станиц, чтобы беженцы при штабе не голодали.

    Эти красотки состоят в военно-историческом клубе «Казачья слава». Приехали на Кубань из города Азова. Люди, влюбленные в свое дело безгранично и навсегда. О Ледяном походе рассказывают так, что позавидует диктор. Дух захватывает, а голос завораживает.

    Разорвавшаяся рядом мина заложила уши. Прощаемся с женщинами жестами, все равно не услышим друг друга...

    В рядах кубанской армии

    Когда читаешь главы истории о Ледяном походе, как-то в тени остаются женщины. Но они тоже внесли свой вклад. К примеру, в Первый Кубанский поход из Ростова вступили 3683 человека (офицеров и рядовых), из них - 165 женщин. Среди представительниц слабого пола 15 офицеров (прапорщиков), 17 добровольцев (унтер-офицеров и рядовых), 5 врачей и фельдшеров, 122 сестры милосердия, 6, ранее не служивших в армии.

    В боях Ледяного похода - более трех десятков женщин-воинов как рядовых, так и офицеров – погибли почти все.

    Сестрой милосердия, прикрепленной к Казачьему 16-му донскому полку, спустя сто лет отправилась на фронт и Лариса Лодынина.

    Мы познакомились с ней после первого боя, который проходил на окраине села Горькая Балка. Длинная юбка женщины намокла от дождя, на белых элементах одежды виднелись следы кубанского чернозема. Она выглядела уставшей. Еще бы! Ведь несколько минут назад хрупкая медсестра с оружием шла в бой наравне с мужчинами, а потом выносила с поля боя раненых. Лариса по нашей просьбе демонстрирует свой чемоданчик для оказания первой помощи. Содержимое саквояжа удивляет: баночки, пинцеты, порошки – все оригинальное. С такими чемоданчиками ходили в походы сестры милосердия и 100 лет назад!

    На реконструкцию боя Лариса приехала не одна. Муж и сын – тоже участники масштабного мероприятия. Живет семья в Таганроге. Заявку на участие в реконструкции подавали сами. В их семейной жизни – это 13 реконструкция боев, которые проходили во многих городах России. Что касается Ледяного похода – участвуют второй раз, первый «бились» в Адыгее, и тоже за белых.

    Жительница села Горькая Балка Сердюк Валентина в роли медсестры так же принимала активное участие в реконструкции.

    За мужем

    Вам когда-нибудь подавали руку бароны? А знаете ли вы, как вежливы корнеты и какие грациозные и воспитанные жены генералов? Нам повезло познакомиться с ними.

    Барон Орле оказался настоящим душкой. Обаятельный мужчина между боями, как и подобает кавалерам, отпускал комплименты всем местным девушкам. Корнет Новиков 5-го Александрийского гусарского полка оказался мужчиной, сдержанным на эмоции, но очень вежливым. Эрудированным и очень скрупулезным.

    Жена штабного офицера, поручика белой армии, поразила не только своим нарядом, но и грациозной походкой. Хрупкую женщину в шляпке зовут Юлия Алехина. Она, как и положено, сопровождала супруга в походах. Из рук Юлия не выпускала потертый от вечных разъедов чемоданчик. Так он выглядел и сто лет назад, и сегодня. В саквояже – платья в пол, белоснежные блузы, белье – этим, прекрасно сохранившимся вещам, тоже более 100 лет!

    Пока беседовали с женой офицера, к нам подошла экономка генерала. Играла ее роль Марина Гординская. Женщина-кремень. Никаких лишних слов, эмоций. Все по делу.

    Все эти наши новые знакомые члены военно-общественной группы «Штаб» из г. Москвы. Они приехали на Кубань впервые.

    - У вас так замечательно, - делится впечатлением Юлия. – Природа цветет, птицы поют. А какие гостеприимные люди!

    Кстати, некоторых москвичей – участников реконструкции – расселили у жителей села. Мужчины поделились, что такого радушного приема не оказывают даже в лучших гостиницах. Конечно, сто лет назад белогвардейцев даже на порог хаты хозяйка бы не пустила. Но теперь это уже история, и интересными фактами из прошлого еще до начала боя охотно делились с местными участники военных и исторических клубов.

    На все сто

    Последний бой у реки. С криками «смерть буржуям»

    Второй бой у реки окончен. Командир у дороги собирает уцелевших солдат. Перекличка. Все происходит, как в реальности. К счастью, этим мужчинам, которые играют роль белых добровольцев, не довелось увидеть войну. Только постановочные сюжеты. Но знают они о прошлом очень много.

    Эти ребята тоже приехали в село из столицы. Они члены военно-исторического объединения «Московская сводная добровольческая бригада». В реконструкциях боев участвуют не впервые.

    Солдаты – народ простой, разговаривают охотно. Но сначала – перекур после боя. Достали самокрутки.

    - А что вы удивляетесь, - обращается к нам офицер. – Погружение в реальность с точностью до 100 процентов.

    Кто-то из солдат выкрикнул: «Нас даже в кальсоны нарядили!»

    А еще у них сапоги подбиты деревянными гвоздями, как делали это сто лет назад. Сама видела!

    - Это серьезное мероприятие, - продолжает офицер. – У реконструкторов не только оружие и форма – полная копия, у многих снаряжение, форма и оружие являются коллекционными, сохранившимися с того времени!

    На здоровье!

    Откуда ни возьмись появился современный трактор, и белогвардейцы дружно попрыгали в телегу вместе со своими пушками, саблями и пулеметами и укатили к месту третьего боя.

    Война войной, а обед по расписанию! Горькобалковские пирожки пришлись им вполне по душе. А продавщица даже скидку сделала двум воякам, у которых не хватило 10 рублей. При этом по-кубански сопроводила трапезу: «На здоровье, мальчики!»

    К бою!

    Самым захватывающим стал третий бой, который проходил у дома культуры. Красные атаковали. В ходе боев «выкурили» белогвардейцев из усадьбы и заняли передовые позиции.

    Финал, красные победили...

    Лично для меня этот бой стал и самым оглушительным. Проигнорировав предупреждения бывалых, я очень хотела попасть в гущу событий. Иногда даже приходилось переступать «раненых», чтобы как можно ближе снять видео на мобильный телефон.

    Кстати, такой оказалась не я одна. Только у меня был профессиональный интерес, а вот у бабушки – нет.

    Когда колонна красных пробиралась к дому культуры сквозь аллею деревьев, в толпе солдат, махавших шашками и стрелявших из винтовок, преспокойненько, перейдя дорогу, по натоптанной годами тропинке, не торопясь шла бабушка из магазина! Организаторы и махали ей руками, и кричали… Ей нипочем. Дойдя до своего поворота на другую улицу, старушка преспокойно свернула в проулок и была такова.

    Метрах в двух от меня вдруг взорвалась граната. Слух пропал на мгновенье. И только тут поняла, как были правы те, кто предупреждал меня изначально…

    Но осталось зрение! И блокнот, и ручка. Я получала удовольствие от того, что нахожусь на передовой. Как в кино!Но реалистичное. Был порыв даже подбежать к раненому солдату, которого только что проткнул шашкой враг. Старый казак с густой седой бородой рухнул в лужу. Пожилой мужчина произносил: «Сестра! Сестра!» Хрупкая девушка с красным крестом на переднике, уклоняясь от пуль, бежала к солдату. При этом сама еще успевала делать выстрелы в стан врага.

    Зрелище – не передать словами. Ощущение машины времени – ты словно переносишься в ту эпоху. Скажу честно, такого интересного репортажа делать еще не приходилось. И что бы ни говорили об этом Ледовом походе, не искали правых и виноватых, осуждали красных или белых, я могу сказать только одно: став зрителями реконструкции боя, сотни новопокровчан понимали страх и ужас той гражданской войны, когда русские воюют против русских. И этого допускать нельзя.

  • Страшные для сельчан дни

    В истории гражданской войны в России, в воспоминаниях ее участников относительно село Горькая Балка упоминается часто. О событиях давнего времени рассказывали писатель Роман Гуль, Маршал Советского Союза, трижды Герой Советского Союза, кавалер Георгиевского креста всех степеней Семён Будённый, один из руководителей белого движения в России генерал Антон Деникин, писатель Георгий Степанов, участник гражданской войны, генерал-полковник Ока Городовиков. Подробно рассказывается о тех страшных для сельчан днях в рукописи И.Т. Дудия и А.П.Русаковича «История села Горькая Балка 1845-1935».

    Село в начале гражданской войны жило своей обычной жизнью. Там выращивали хлеб, занимались животноводством. Работали мельницы, маслобойни, две церкви, школы, магазины, фельдшерский пункт и банк. И мало кто интересовался тем, что произошло в столице России. Но постепенно стали докатываться раскаты развернувшейся борьбы за власть.

    …И отправились в поход

    На Дону сформировалось антибольшевистское движение, возглавил которое атаман А.М. Каледин. Со всех концов России туда стекались военные, недовольные советским режимом. Прибывший генерал царской армии М.В. Алексеев сформировал Добровольческую армию, командующим которой стал генерал Л.Г. Корнилов. Эти события положили начало белому движению в России, целями которого были восстановление прежнего порядка в стране и беспощадная борьба с большевиками.

    Но особого влияния на население Дона это движение не имело. Значительная часть казаков заняла по отношению к советской власти благожелательный нейтралитет.

    Несмотря на крепкую дружбу Алексеева с атаманом Дона Калединым, донские казаки его не поддержали. Большевики захватили Таганрогский порт, активно наступали на Новочеркасск и Ростов-на-Дону. У белой армии не хватало сил оказывать им сопротивление. Было принято решение соединить Добровольческую армию с кубанскими белыми отрядами, рассчитывая таким образом поднять среди населения Кубани антибольшевистские настроения.

    Отряды Добровольческой армии двинулись на Кубань. Вместе с белой армией отступал обоз из одной тысячи гражданских лиц, создавая для военных дополнительные трудности,

    Белой армией вначале командовал генералы Корнилов и Алексеев, а после гибели под Екатеринодаром генерала Корнилова, ею стал командовать генерал Антон Деникин.

    Командный состав белой армии в тот период состоял из: потомственных дворян — 21 %, выходцев из семей офицеров невысокого звания — 39%, из мещан, казаков, крестьян— 40 %.

    9 февраля 1918 года Добровольческая армия переправилась на левый берег Дона. Понимая безысходность своих призывов к донским казакам, поддержать белое движение, оставшись по сути в одиночестве, 11 февраля 1918 года генерал А.М. Каледин сложил с себя полномочия атамана Дона и застрелился. Двигаться на Екатеринодар решили через станицу Егорлыкскую. План этот удался.

    Перед началом Ледяного похода генерал Л.Г. Корнилов напутствовал своих вояк: «В плен не брать. Чем больше террора, тем больше победы!». Они исполнили его приказ сполна. В Лежанке (Средний Егорлык) белогвардейцы уничтожили 500 в основном мирных граждан. Как это было описал довольно честно белогвардейский офицер, русский писатель Роман Гуль в своей знаменитой книге «Ледяной поход», изданной впервые в 1921 году: «Люди падали друг на друга, а шагов с десяти, плотно вжавшись в винтовки и расставив ноги, по ним стреляли, торопливо щелкая затворами. Упали все. Смолкли стоны. Смолкли выстрелы. Некоторые расстреливавшие отходили. Некоторые добивали штыками и прикладами еще живых...», «Мы через главный мост вступили. Так, знаете, как пошли мы на них,– они все побросали, бегут! А один пулеметчик сидит, строчит по нам и ни с места. Вплотную подпустил. Ну, его тут закололи… Захватили мы несколько пленных на улице. Хотели к полковнику вести. Подъехал капитан какой-то из обоза, вынул револьвер… раз… раз… раз – всех положил,..». Таким было начало Кубанского похода, который некоторые современные идеологи называют героическим.

    После столь блистательной победы над мирными сельчанами, войска белой армии через время вошли в северную зону Кубанской области, а потом подошли к станице Усть-Лабинской. Но еще в станице Выселки белогвардейцы от местного населения узнали, что руководители Кубанского правительства во главе с атаманом Филимоновым оставили город Екатеринодар. Несмотря на это тревожное известие, Корнилов считал возможным освободить столицу Кубани от большевиков. Это решение оказалось пагубным для армии. Под Выселками полегло около 40 белогвардейцев, в боях за станицу Кореновскую еще 121 человек (более 300 белогвардейцев были ранены). Люди устали от боев и похода. И командование приняло решение: сделать крюк на юг и отдохнуть. В ауле Шенджий состоялась встреча командования белой армии с командующим частями Кубанской Рады полковником Покровским, который отказался ввести казачьи части в состав белой армии. Соглашение об этом было подписано позже в станице Новодмитриевской, которую белогвардейцы захватили ценой больших потерь.

    Природа протестовала

    В марте 1918 года после проливных дождей ударил мороз. Похолодало до минус 20 градусов. Одежда на белогвардейцах покрывалась мигом ледяной коркой. Особенно тяжело было раненым. Многие из них погибли от холода.

    Новая попытка взять город Екатеринодар оказалась неудачной. Во время его штурма погиб генерал Корнилов, 400 человек было убито и полторы тысячи ранено.

    После этого генерал Деникин принял решение двигаться в Сальские степи. На всем пути (за исключением отдельных казачьих станиц) белогвардейцы сталкивались с неприязненным отношением к ним населения. Это было связано с тем, что в станицах, хуторах и селах в тот период проводились постоянные реквизиции их продовольственных запасов, бесконечная мобилизация мужчин.

    В гражданскую войну население в наших местах занималось, как и прежде, в основном сельским хозяйством. Несмотря на разруху, уменьшение посевных площадей удавалось получать неплохие урожаи. Разводили животных. Однако все постепенно приходило в упадок. В воспоминаниях известного краеведа В.У. Самохвалова отмечается: «Разруха, вызванная войнами, чувствительно сказывалась на населении станицы. Не стало мануфактуры, ситцев, одежды, обуви, сахара, керосина, мыла, и других товаров…». Одежду станичники шили из мешков, вместо привычной обуви плели лапти. В обедневших семьях появились проблемы и с едой.

    На пути к Дону

    Местные жители во время гражданской войны, сталкиваясь с войсками незваных пришельцев, задыхались от бесправия, притеснения. При их появлении стремились скрыться подальше, чтобы не вступать в контакт. От пришельцев страдала и церковь. Вот что пишет по этому поводу в «Очерках Русской Смуты» генерал А.И. Деникин: «Простое свершение христианских обрядов становилось подчас... подвигом. Помню, как в станице Ильинской мы собрались в первый раз отслужить панихиду по «болярине Лавре и воинах Добровольческой армии, на поле брани живот свой положивших». Долго не отворялись царские врата; наконец, после напоминания вышли растерянные священник и диакон, и последний глухим, дрожащим голосом возгласил прошение об упокоении... «православных воинов, на брани убиенных». Внушительный шепот коменданта штаба армии исправил текст поминания. Другой раз, в Успенской: шло великопостное служение; я подошел к аналою исповедаться. Священник, увидав командующего армией, затрясся весь и не мог произнести ни слова; потом, покрыв поспешно мою голову епитрахилью, не исповедуя, прочел разрешительную молитву... Только впоследствии я убедился, что опасения духовенства имели веские основания».

    По пути своего отхода белогвардейцы зверствовали. В станице Новопокровской с приходом Белой армии уничтожены 27 большевиков и немало не причастных к большевикам станичников. В селе Горькая Балка 17 апреля 1918 года белогвардейцы зарубили шашками свыше 200 сельчан и сожгли 180 хат. Сгорело много хозпостроек. Этот факт отражен в рассказах свидетелей тех событий (например, в исторических записках краеведа И.Т. Дудий). Об этом написал в своем знаменитом романе «Ледяной поход» и писатель, белогвардейский офицер Роман Гуль.. В сокращении приведу его рассказ о впечатлениях, полученных им в селе в апреле 1918 года: «Под грохот гранат, свист пуль прорвался обоз через железнодорожную линию и подъезжает к слободе Горькой Балке.

    Скачут подводы с крутого ската и, перелетев мост, тихо подымаются в гору, в село. У первой хаты лежит мертвая женщина, вверх лицом, согнулись в коленях ноги, ветер раздувает синюю с цветами юбку.

    Рядом с обозом - верховые. «Что это за женщина, не знаете?» - спрашиваю я одного. Верховой тронул коня, едет с подводой и рассказывает, перегнувшись с седла: «Эта, сволочь выдала наш первый разъезд; они у нее остановились - она их приняла хорошо, а сама к комиссару послала; их захватили, перестреляли, топорами перерубили; а когда второй разъезд утром приехал - опять к ней заехали, большевиками прикинулись, она и рассказала, как кадетов выдала… ну, вот и валяется…».

    ...Вышли из хаты. От повозки к повозке ходят по площади люди, незаметно перешагивая через валяющихся, зарубленных людей.

    «Кто это их зарубил?»

    «Черкесы. Тут ведь когда наши разъезды показались, комиссар вооружать всех стал. Ну вот их и перерубили. Там, на дороге, еще валяются».

    Недалеко от площади - кладбище. У ограды лежит навзничь рыженький мужичонка - голова свернулась на сторону, грудь в крови, руки вытянулись по земле, правая твердо сжала крестное знамение. С краю - свежие могилы, белые кресты… На одном, на железной, крашеной дощечке выведено четким писарским почерком: «Товарищ Андрей Голованов храбро пал в борьбе с врагами народа в рядах Красной Армии, защищая революцию 1918 г. Под станцией Энем».

    Вечереет. Смолкли выстрелы. Тронулся обоз по узкой улице, а Горькая Балка заклубилась черным дымом.

    «Зажгли Балку», - говорит казак-возчик.

    «Черкесы это,- отвечает раненый,- они не щадят крестьян…».

    Красное село

    В годы гражданской войны село Горькая Балка неоднократно переходило то к белым, то к красным, однако его жители поддерживали в основном Красную Армию.

    Больших боев в апреле 1918 года из-за малочисленности и слабого вооружения отряда самообороны в селе Горькая Балка не было. Это подтверждает в мемуарах генерал Антон Деникин: «Войска спокойно развернулись, открыли огонь наши батареи. И скоро нависшие было тучи рассеялись: выступление местных большевиков в Горькой Балке, яром большевистском притоне, оказалось не серьезным, и скоро было ликвидировано, арьергард отбил противника, а бронепоезд и эшелоны из Белой Глины держались в почтительном отдалении несколькими десятками выстрелов нашей артиллерии и огнем правого заслона. После большого привала в Горькой Балке, во время которого не прекращался бой к востоку от села, армия двинулась дальше и заночевала в кубанской станице Плоской».

    Но событие той поры оставили глубокие отметины на сердцах сельчан. Как ни старались мирные, трудолюбивые люди не вмешиваться в развязанную в столице России бойню, они невольно оказались в эпицентре событий, происходивших на нашей земле. В рукописи А.П. Русаковича и И.Т. Дудий «История села Горькая Балка 1845 -1935», хранящейся в местном музее, рассказывается о чудовищной расправе деникинцев с местным населением. Авторы очень подробно, на основании воспоминаний местных жителей, восстановили события тех дней. По их данным, отряд самообороны села Горькая Балка перед наступлением деникинцев в апреле 1918 года имел на вооружении один пулемет и 43 винтовки. Небольшой отряд обороны, возглавляемый Мирошниченко был уничтожен с тыла деникинской дикой дивизией. Сопротивление слабо вооруженных, а по сути беззащитных перед кадровой армией, жителей села сломлено через два часа. Затем началась расправа с сельчанами. Людей расстреливали на церковной площади, улицах и в домах. Авторы рукописи оставили на память потомкам и такой эпизод: «В одной хате собралось много перепуганных стариков и женщин с детьми. Белогвардейцы пожгли это убежище и ни одного живого оттуда не выпустили. Тех, кто пытался спастись прикладами и пулями загоняли в этот страшный костер. Старухи бегали по селу с иконами и неистово кричали о конце света».

    Упоминаются те жуткие события в исторической и художественной литературе.

    На основании архивных данных нами точно установлены сведения о 43 крестьянах Горькой Балки, уничтоженных карательным отрядом, проходившим через село 17 -18 апреля 1918 года. Вот список этих жителей:

    1. Егор Кириллович Середа, 35 лет,
    2. Егор Фомич Шишов, 28 лет,
    3. Илья Фомич Шишов, 25 лет,
    4. Прокофий Ксенофонтович Морозенко,25 лет,
    5. Николай Фёдорович Петренко, 48 лет,
    6. Пётр Семёнович Яценко, 26 лет,
    7. Тимофей Кузьмич Кулешов, 23 года,
    8. Фёдор Фёдорович Галушка, 25 лет,
    9. Антон Михайлович Полуместный, 17 лет,
    10. Иосиф Яковлевич Аксёнов, 46 лет,
    11. Афанасий Филиппович Пустовет, 19 лет,
    12. Иван Устинович Кульпин, 24 года,
    13. Савва Михайлович Убейкобыла, 28 лет,
    14. Кузьма Карпович Тищенко, 42 года,
    15. Иван Ефремович Ковалёв, 23 года,
    16. Кузьма Агапьевич Гриценко, 23 года,
    17. Прокофий Васильевич Штофун, 25 лет,
    18. Тимофей Михайлович Танцура, 28 лет,
    19. Иван Васильевич Сизов, 26 лет,
    20. Пётр Антонович Подоба, 23 года,
    21. Филипп Андреевич Ильченко, 20 лет,
    22. Антон Фёдорович Подоба, 55 лет,
    23. Андрей Петрович Комаров ,26 лет,
    24. Ксения Фёдоровна Цыбульникова, 35 лет,
    25. Василий Яковлевич Толстокорый, 33 года,
    26. Семён Васильевич Ярош, 24 года,
    27. Василий Фёдорович Голик, 20 лет,
    28. Максим Фёдорович Голик, 26 лет,
    29. Андрей Дмитриевич Голик, 28 лет,
    30. Сергей Петрович Середа, 36 лет,
    31. Пётр Иванович Терентьев, 20 лет,
    32. Яков Фёдорович Гайворон, 19 лет,
    33. Василий Епифанович Ильченко, 27 лет,
    34. Андрей Мирошниченко, 28 лет,
    35. Стефан Дмитриевич Неснежнов, 25 лет,
    36. Алексей Михайлович Коваль, 37 лет,
    37. Егор Никифорович Аксёнов, 17 лет,
    38. Иван Никонович Глухачёв, 17 лет,
    39. Иван Алексеевич Гайворон, 25 лет,
    40. Пантелеймон Егорович Михеев, 21 год,
    41. Демьян Андреевич Русанов, 45 лет,
    42. Пётр Фёдорович Гайворон, 28 лет,
    43. 19 апреля 1918 года убит Евстафий Иванович Слинько, 62 года, (совершал погребение священник Белоглинской Троицкой церкви Пётр Голубинский),
    44. 19апреля 1918 года убит Егор Дмитриевич Минко, 54 года, (совершал погребение священник Белоглинской Троицкой церкви Пётр Голубинский),
    45. 20 апреля 1918 года убит Елисей Витальевич Минко, 67 лет, (совершал погребение священник Белоглинской Троицкой церкви Пётр Голубинский)

    В рукописи А.П. Русаковича и И.Т. Дудий «История села Горькая Балка 1845 -1935» приведены и другие фамилии. Многих из нашего списка в ней нет. Возможно, что не всех отпевали в церкви. Кого-то не упомянули авторы рукописи из-за отсутствия данных. Нет в архиве и сведений церкви Михаила Архангела. Но одно ясно: белогвардейцы (в церковной книге их именуют «карательным отрядом», в рукописи И.Т. Дудий и А.П. Русаковича «дикой дивизией») уничтожили очень многих сельчан. Среди убитых была одна женщина – Ксения Фёдоровна Цыбульникова. Ей исполнилось 35 лет.

    Каратели еще не раз появлялись в селе Горькая Балка. В метрической книге Вознесенской церкви есть данные об убитых 23 мая 1918 года сельчанах:

    1. Николае Михайловиче Усенко, 37 лет,
    2. Михаиле Фёдоровиче Зарвироге, 19 лет,
    3. Фоме Алексеевиче Зарвироге, 53 года,
    4. Егоре Терентьевиче Труфанове, 22 года,
    5. Лаврентии Герасимовиче Дубовике, 42 года,
    6. Иване Ивановиче Харченко,36 лет,

    Отпевал их священник Белоглинской Троицкой церкви Евграф Стефанов.

    В июле 1918 года снова белые врывались в село. И снова расстрелы и пожары.

    Некоторые «историки», руководствуясь идеологическими соображениями и не особо утруждая себя изучением по имеющимся в свободном доступе источникам событий тех лет, указывают на значительные силы Красной Армии, оказывавшей в апреле 1918 года сопротивление белогвардейцам в Горькой Балке. Но кроме местных жителей никто не сопротивлялся захвату села. Отряды самообороны сел Новопавловка и Песчанокопское отказались им помочь. И потому бои за Горькую Балку тогда были непродолжительными. Это подтверждает в своих трудах и известный исследователь гражданской войны на Северном Кавказе А. Бугаёв. Вот как он описывает «апрельское сражение»: «Тем временем офицерский полк выровнял, наконец, фронт и короткой атакой опрокинул красногвардейцев. На их плечах добровольцы ворвались в Горькую Балку. На окраине поселения обнаружены трупы высланных накануне от Армии в разведку кубанских казаков, поэтому пленных не брали. Не задерживаясь в селе, части 1-й бригады проследовали в станицу Плоскую.

    Офицерский полк уходил от полотна последним и не избежал потерь. После того, как орудия 1-й батареи снялись с позиций, к переезду вновь подошёл бронепоезд и обстрелял Горькую Балку. Были раненые, а в батарее погибла сестра милосердия О.И. Башкова».

    Тяжелой оказалась в тот период и эпидемическая ситуация. Многие жители села и прилегающих хуторов умирали от тифа, испанки, чахотки. оспы, дизентерии. В 1918 году число умерших впервые превысило число родившихся. В селе родилось 175 человек, а умерло 209. Гражданская война все больше и больше демонстрировала свою губительную суть.

    «Сменить власть черни…»

    После окончания «Ледяного похода» главнокомандущий Добровольческой армии генерал А.И. Деникин опубликовал обращение к русскому народу и государствам Европы. В нем он выразил главные идеи добровольческого движения так: «Предстоит в дальнейшем тяжелая борьба… за гибнущую русскую культуру, за гибнущие несметные народные богатства, за право свободно жить и дышать в стране, где народоправство должно сменить власть черни. Борьба до конца».

    В то время «чернью» называли рядовые народные массы. И видимо, народ понимал чего добиваются лидеры Добровольческой армии. И не пошел за ними. В этом и крылась основная причина поражения белого движения на Северном Кавказе.

    Освободители

    В годы гражданской войны в этих местах воевал легендарный командир Красной Армии Семён Михайлович Будённый. Вот что он вспоминал много лет спустя: «При подходе к селу Горькая Балка передовые части 4-й дивизии натолкнулись на сторожевое охранение пехоты противника. 2-я бригада 4-й дивизии (комбриг Мироненко) с ходу развернулась и на плечах противника ворвалась в село, где располагалась ранее неизвестная нам сводно-гренадерская дивизия корпуса Крыжановского. Гренадеры не успели развернуться, да, видно, и не пытались это делать. Перестреляв своих офицеров, они воткнули штыки в землю и сдались в плен. Успел лишь ускакать раздетым на неоседланной лошади генерал — командир гренадерской дивизии. Таким образом, без боя было взято в плен около трех тысяч солдат с обозами, пулеметами и артиллерией.

    Обезоружив белых гренадеров, 4-я кавалерийская дивизия двинулась в юго-восточном направлении, порвала железную дорогу у разъезда Горький и начала выходить в тыл 1-му Кубанскому корпусу”.

    В воспоминаниях участника Гражданской войны, генерал-полковник Оки Ивановича Городовикова «В боях и походах», изданной в 1979 году в городе Москве, рассказывается также о боях за село Горькая Балка. «Рано утром, - пишет автор воспоминаний, - в день второй годовщины Красной Армии горнисты играли седловку. Ночью было получено донесение, что Горькая Балка занята белой пехотой. Загрохотали батареи. Бригада пошла в атаку и ворвалась в село. Мы взяли в плен около четырёх тысяч человек, из них семьдесят офицеров, и захватили трофеи – сто пулемётов и пятнадцать пушек“.

    Население села радостно встречало буденовцев. Вот как писал в своих воспоминаниях местный краевед Иван Тихонович Дудий: «Мне, Ивану Тимофеевичу Дудий, было всего пять лет. Опухший от голода. Сижу на припечке, обхватив руками колени, обтянутые домотканой сорочкой. На непокрытом столе чадит каганец. В углу на сухом бурьяне, укрывшись старой свитой, спит Федька, сводный мой брат по матери. На печке ворочается младший мой братишка Миша и малолетняя сестренка Наташа. Отец сидит возле кровати и толчет в деревянной ступе яблоневую кору. Мать возится у печки. Она печет из коровой муки коржики (чуреки).Первые испеченные она раздает нам (детям).Невкусно, горько, а кушать надо. Надо потому, что хочется кушать. В окно медленно вползает грустное февральское утро. Вдруг распахивается настежь дверь и соседка, не переходя порог, радостно кричит: “Красные! Красные! Буденовцы идут». И убегает. Все в комнате задвигалось живее. Кто спал – проснулся и начал одеваться. Мать начала подметать земь. Потом поспешно отыскала красный флажок, припасенный ею раньше, выбежала во двор и прикрепила его к камышовому забору. Отец убрал свою «мельницу» и начал одеваться. Я тоже не усидел на месте и, покачиваясь, вышел босиком из хаты, хотя было еще холодновато. Вся улица горела флагами и флажками и была запружена конниками в буденовках. Среди них были и женщины. После шлепков матери, я побрел в хату. Сразу же за мной вошли, громко разговаривая два красноармейца. Поздоровались. Сняли шинели и буденовки, повесили их на гвозди, вбитые в стенку, и устало сели за стол.

    - Ну, хозяйка, угощайте, чем можете!- сказал старший, слегка улыбаясь.

    - Вот все, что есть, - сказала мать, поставив на стол тарелку с лепешками».

    А позже, как записано в воспоминаниях И.Т. Дудий, красноармейцы, попробовав горькие коржики, и поняв как бедно живет эта семья, дали из своего скудного пайка сухарики для всех детей и кусочек сахара для его сестренки Наташи. В феврале 1920 года село Горькая Балка было освобождено Первой конной армией под командованием С.М. Будённого.

Joomla SEF URLs by Artio