Первое упоминание о ст. Новопокровской

Первое упоминание о ст. Новопокровской

В поисках новых материалов об основании станицы Новопокровской в Государственном архиве Краснодарского края мне пришлось пересмотреть не один десяток папок с пожелтевшими документами, но долгое время ничего не попадалось.

В тот день, когда я уже потерял надежду и собирался возвращаться домой, решил заглянуть в редкие книги. Заполнил заказ в книгохранилище, и через небольшой промежуток времени мне принесли первый том И.И. Дмитренко «Сборник исторических материалов по истории Кубанского казачьего войска» (г. Санкт-Петербург, 1896). Едва начав читать, уже не мог оторваться, а дойдя до 123-й страницы, перечитал ее. В ней были редкие сведения, которых я раньше не встречал. Значимость им придавало то, что они, как теперь принято говорить, были из первых рук.

Итак, 16 января 1792 года генерал-аншеф И.В. Гудович, сподвижник А.В. Суворова, начальник Кубанского и Кавказского корпусов, охранявших границу по реке Кубани, в своем рапорте на имя императрицы Екатерины II сообщал о состоянии военных укреплений и одновременно подчеркивал трудности, которые испытывали сторожевые (пограничные) казаки в снабжении их провиантом: «...всякая четверть муки обходится казне в семь с четвертью рублёв...» (за год это оборачивалось в кругленькую сумму — 500 тысяч рублей —  прим. авт.) и фуражом для лошадей, который тоже приходилось завозить из Центральной России.

Чтобы «...стража границ не оберегала пустых земель и лесов...», опытный военачальник предлагал императорскому величеству переселить в эти края 10 тысяч государственных крестьян. Понимая, что поначалу это дорого обойдется государству, успокаивал Екатерину II:  «...доход, который казна вашего императорского величества на время потеряет от сих переселяемых государственных крестьян сугубо награжден будет на одном провианте и овсе, доставляемых из внутри России...»

В том же рапорте он указывал места, которые, по его мнению, нужно было заселить: «...могут быть новые селения, выгодные для хлебопашества и скотоводства на вершинах речек Бейсуга, Малбаша, Чалбаша (Челбаса  — прим. авт.) под разными названиями, тут леса нет...»

Читая эти строки, невольно обращаешь внимание на три слова: «вершина речки Еи». Оно точно обозначает место будущей станицы Новопокровской. В то время на этом месте были свободные, как написано в архивных документах, «пустопорожние» земли. Генерал, как человек с опытом, понимал, что даже при поддержке императрицы (а она полностью поддержала его) такую большую массу государственных крестьян переселить в короткое время невозможно. Плохое снабжение армии требовало скорейшего решения этой проблемы. Вот тогда и возникла мысль о переселении донских казаков на Кубань, как наиболее близко стоявших к ней.

С ведома своего начальника весной указанного года А.И. Иловайский — атаман донских казаков – отдал предписание о направлении трех полков дончан, где были указаны места их расселения «...оставить на вечное переселение  и предлагает там вам остаться на Кубани для расселения в районах будущих станиц Григориполиской, Усть-Лабинской, Песчанокопской, Покровской, Темнолесской и Воровсколеской». Это по-существу – северо-восток Кубани, который в последующие годы будет заселяться русскоязычным населением. Внимательного читателя, конечно, удивило в данном перечне слово «Покровское». Но оно здесь не случайно!

Немного забегая вперед, скажу, что оно имеет отношение к нашей станице. Перед нами первое упоминание о ней в историческом документе. Может возникнуть при этом вопрос: если массовое переселение государственных крестьян начнется позже, в 1794 году, то откуда появилось данное селение? Ответ находим в том же рапорте И.В. Гудовича, где есть такая строчка: «...мне не известно, сколько роздано лучших земель в частные руки...», то есть получается, что раздача новых земель уже шла полным ходом, по-видимому, приближенным императрице.

Возможно, именно это обстоятельство беспокоило боевого генерала, все заботы которого были связаны с армией. Осталась одна надежда на донцов, но они подняли бунт (1792–1793 гг.), воспротивились подчиниться своему атаману, не желая покидать свои места.

К счастью, среди них нашлись казаки, верные воинской присяге, которые отказались принимать участие в бунте и перебрались на новые земли на территории нашего района.
Когда через два года (в 1794-м) атаман А.И. Иловайский направил очередную партию донских казаков в сторону станицы Кавказской, то они остановились «...в верховьях Карасуна близ урочища Косой Лог» (ныне Косая Балка — прим. авт.), где они встретили две сотни... своих земляков с артиллерией. Кого же охраняли эти донцы от нападения горцев?

За их спиной и под защитой по берегам реки Карасун (Корсун нынешнее написание — прим.  авт.) уже жили первопоселенцы. Название села Покровское очень распространенное в России. Издавна считалось, что наша Родина находится под покровительством Божией матери.

Данные сведения дополняет еще одна редкая книга А.Я. Апостолова «Географический очерк Кубанской области» (Тифлис, 1897 г.): «В это время в более удаленной (имеется в виду от границы по реке Кубани  — прим. авт.) и более безопасной северо-восточной части области стали возникать (1794–1801 гг.) русские крестьянские земледельческие селения (ныне станицы)

...Новопокровское, Расшеватское, Дмитревское, Ильинское, Архангельское и другие. Все эти селения... составились из однодворцев и государственных крестьян Курской, Орловской, Воронежской губерний, а частью из донских и малороссийских казаков» (стр. 236).

После усмирения бунта донских казаков поток переселенцев из Центральной России через их область во много раз увеличился. Стало прибывать население и в наше село. Если посмотреть на Генеральную карту Кавказской области Ставропольского уезда с показателем всех земель 1826 года (ГАСК), то мы увидим, что на месте будущей нашей станицы уже было несколько хуторов, в одном из них – водяная мельница с прудом.

Авторизируйтесь, чтобы оставить комментарий

Joomla SEF URLs by Artio