Каждый день в редакцию приходят разные сообщения: с вопросами, благодарностями, просьбами. Одно из них не оставило нас равнодушными. Под публикацией о бойце с позывным «Ронин» Ольга Землякова написала: «Я словно посмотрела на своего сына, ведь Серёжа служит с ним. Дай Бог им всего хорошего». Так наша газета в очередной раз стала связующей нитью между теми, кто в тылу, и теми, кто на передовой.
Мы не смогли пройти мимо этой истории и познакомились поближе с семьей Земляковых из станицы Ильинской. И, конечно, записали их историю. Историю о том, каким был Саша маленьким, каким боец СВО с позывным «Зёма» стал сейчас и что хранит в сердце его мама, пока сын выполняет боевые задачи в зоне специальной военной операции.
Мы долго говорили с Ольгой Васильевной по телефону. Она держалась мужественно, но когда речь заходила о сыне, чувствовалось, что у нее наворачиваются слезы, которые она старалась сдерживать.
– Вашего сына зовут Александр? – начинаю разговор.
– Да, он командир взвода БПЛА, – с гордостью отвечает мама.
Я прошу ее закрыть глаза и вспомнить самое первое, детское, то, что навсегда осталось в памяти.
– Ну, его просто все любили, – с теплотой говорит Ольга Васильевна. – Он был такой... знаете, ребенок, которого хочется потрогать. Милый, да.
– А какой-то сюжет из детства Вам особенно запомнился?
Ольга Васильевна оживляется. В памяти тут же всплывает яркий эпизод.
– Они ездили, я уже не помню, то ли в третьем, то ли в четвертом классе в Анапу. С классом выиграли что-то в школе, и им дали путевку на десять дней в санаторий. И вот оттуда он мне привез дощечку такую, а на ней собачка нарисованная. Он сам раскрашивал. Было так приятно. До сих пор храню...
Говорят, характер мужчины закладывается в детстве. И Ольга Васильевна подтверждает: Саша никогда не был трудным ребенком.
Александр Земляков в детстве был милым ребенком. / Фото предоставлено О. Земляковой
– У него было много друзей, с ним все хотели дружить. Не было такого, чтобы он хулиганил. С ним можно было договориться, он умел слушать. И если что-то его не устраивало, мог спокойно объяснить, сказать, что неправильно. Его очень многие уважают здесь, в станице. Когда ему было 16 лет, он увлекся компьютерами. У нас в семье никто особо в технике не разбирался, а он с раннего возраста все схватывал. Телефоны, ноутбуки всем помогал настраивать. И соседям, и родственникам.
Это увлечение техникой и программированием стало судьбоносным. Именно оно предопределило его путь на СВО – управление беспилотниками требует той самой скрупулезности, внимания к деталям и технического склада ума, которые проснулись в Саше еще в юности.
– Сын после школы учился на сварщика, – рассказывает мама. – Но по профессии не работал. Пошел ремонтировать электронику, разбираться в гаджетах. И на СВО это стало его работой...
18 октября 2022 года – дата, которая врезалась в память семьи Земляковых навсегда.
– Этот день я никогда не забуду, – говорит Ольга Васильевна, и ее голос становится тише. – Его мобилизовали. Они с Серёжей из Горькой Балки познакомились еще в военкомате, уходили вместе в один день. И с тех пор парни дружат, держатся вместе.
Саша работал в Краснодаре. Повестка пришла по месту прописки, в Ильинскую. И именно маме пришлось сказать сыну об этом.
– Ну и он проявил сознательность, – говорит она просто. – Пошел защищать Родину.
Во время отправки в военкомате было много народу. Женщины плакали. Ольга Васильевна была там со старшей дочерью Анной. Парни и мужчины, которых провожали, успокаивали родных: «Не плачьте, все будет хорошо».
– Но все плакали. Для нас это был, наверное, самый слезный день, – вспоминает мама.
Александр Земляков с мамой и сестрой. / Фото предоставлено О. ЗемляковойАлександру на тот момент не было и тридцати. 18 октября он ушел служить, а 18 декабря ему исполнилось 30 лет. Юбилейный день рождения он отметил не за семейным столом.
Я прошу Ольгу Васильевну сравнить фотографии сына до отправки на СВО и сейчас. Что изменилось во взгляде, в лице?
– Стал взрослым мужчиной, – отвечает она твердо. – Ему сейчас тридцать три.
Она пересылает нам фото. Вот Саша еще на гражданке, улыбчивый парень. А вот уже в форме, с серьезным, сосредоточенным взглядом, а вот он вместе с «Рониным». Два взрослых мужчины, которые защищают Родину.
– Взросление на войне – это всегда печать, которую не скроешь, – констатирует Ольга Васильевна. – Но, несмотря на суровые условия, жизнь продолжается. В прошлом году в жизни Александра произошло радостное событие – он создал семью.
С супругой познакомился будучи на СВО. В отпуск приходил, повстречался. Она в Краснодаре живет. Деток у них пока нет.
Сноху Ольги Васильевны зовут Юля. И свекровь говорит о ней с особой теплотой и благодарностью.
– Хорошая девочка! Она его встречает, у нее свой автомобиль. Он сообщает, когда идет в отпуск. Она может и в Ростов за ним съездить, и посылки ему передает. Нет, нет, жена хорошая. Юля наша – огонь! Вот, это слово точно про нее.
С невесткой сейчас она общается чаще, чем с сыном. С Сашей в основном «говорят» сообщениями, короткими и емкими.
– Звонки с передовой очень редкие, – вздыхает Ольга Васильевна. – Но сообщениями перебрасываемся часто. Всегда их подписываю: «Сыночек, любим тебя, ждем». Когда спрашиваю: «Как там у тебя?», получаю один ответ: «Все хорошо».
– А что Вам помогает чувствовать его рядом, когда он долго не выходит на связь?
– У нас один момент был, в 23-м году. Он пропал, – голос матери становится напряженным. – Я начала искать, метаться по всем друзьям, спрашивать, может, он с кем-то переписывается, может, кто-то знает что-то о нем. Потом он вышел на связь. Сказал, меняли позиции, и первое время не было связи. Он не успел сообщить. Понервничали немножко, ну, ничего. Слава Богу, что все нормально сложилось.
Я интересуюсь у мамы героя, когда он присылает фотографию или видео, что она рассматривает в кадре в первую очередь?
– Его лицо, руки… – отвечает Ольга Васильевна и добавляет то, что и стало поводом для нашего знакомства: – Я вчера целый день проплакала, увидев Серёжу в газете. Расстроилась, словно сына своего увидела. Материнское сердце – оно ведь особенное…
– Вы верите, что можете почувствовать, если он заболел или что-то случилось? – спрашиваю я.
– Да, чувствую, что что-то с ребенком не так.
Я тогда начинаю писать сыну: «Что там у тебя? Как у тебя? Не болеешь? Как у вас там, холодно?» Он пишет: «Да ничего, мамуль, все нормально». Но сердце материнское чувствует: что-то не так. Оно, конечно, болит.
– А есть ли у Вас какое-то место силы, куда Вы можете прийти, когда тревога накрывает?
– Ну, как бы нет такого, – задумывается она. – Могу сходить до знакомых, просто посидеть, поговорить, чтобы отвлечься. Я тогда ищу общения с кем-нибудь, чтобы сменить мысли.
– А с Вами рядом в ожидании Ваша дочь, да?
– Да, моя опора в тылу, – с благодарностью говорит Ольга Васильевна.
– О чем Вы вместе мечтаете, когда представляете день возвращения сына?
На этом месте голос мамы меняется, в нем появляются мягкие нотки. Даже по телефону становится понятно, что женщина улыбается.
– Накормить его! Борщ бы сварили, пирожков напекли, как он любит. Картошечку жареную...
В разговор вступает сестра Александра – Анна. У них с братом разница в полтора года, и связь между ними неразрывна.
– Я старшая, он младший, – рассказывает Анна. – В детстве он спокойный всегда был, но иногда шалили. Помню, что мы играли часто у бабушки с дедушкой, громко играли! Бабушка ругалась на нас, а дедушка всегда заступался.
Анна не сдерживает слез. На вопрос, почему плачет, отвечает просто:
– Вспоминаю, что было, – продолжает она. – А еще друзей у брата много. Помню, как в армию провожали. Уверена, эта школа ему сейчас помогает.
У Санька нашего есть боевые награды. Он отмечен медалями Жукова и Ушакова.
У самой Анны подрастает сын Костя.
– Ему семь лет, – говорит она. – Племянник Саши. Он гордится дядей! Он его любит, радуется, когда Санёк приезжает.
Я спрашиваю Анну: если бы она могла сейчас передать своему Саньку что-то, что поместится на ладони, что бы это было?
– Ой, да терпения, наверное, щепотку... – отвечает она.
Наша беседа подходит к концу. Но прежде чем попрощаться, я прошу сестру сказать те слова, которые Александр обязательно услышит или прочитает в нашей газете.
– Мы им гордимся, любим очень сильно и всегда ждем! – говорит Анна. И Ольга Васильевна присоединяется к этим словам.
Разговор с женщинами оставил в душе светлые чувства. Спецоперация – это испытание для всех. И в тылу, и на фронте. Но такие семьи, как Земляковы, как их сын Александр с позывным «Зёма», показывают, что сила не только в мужестве и отваге наших земляков «за ленточкой». Сила еще и в вере в то, что сыновья вернутся домой, что мама сварит борщ и напечет пирожков, что племянник дождется своего дядю, чтобы снова обнять его. Материнское сердце чувствует, что так и будет...
* * *
Редакция «Сельской газеты» выражает благодарность семье Земляковых за откровенный разговор. К сожалению, с Александром поговорить не удалось. Он написал: «Я на позициях. Нет возможности связаться, сейчас это проблематично». Как только боец с позывным «Зёма» выйдет на связь, мы подготовим материал. А пока желаем Александру и его боевым товарищам скорейшего возвращения домой с победой.
