Командировка журналистов «СГ» на метеостанцию превратилась в познавательную экскурсию
Вы знали, почему в Белоглинском районе река Рассыпная течет в одну сторону, а в соседнем, Новопокровском, река Ея – в другую? Или что прошлым летом земля раскалялась до 70 градусов, а зимой промерзла всего на толщину линейки? Мы тоже не знали, пока не съездили в командировку на метеостанцию в село Белая Глина.
Династия длиной в 40 лет
Нас встретила Елена Лысунова, начальник метеостанции. Мы думали, просто поговорим о погоде. А вместо этого надолго погрузились в мир, где современное оборудование и советские приборы соседствуют на одной площадке, а погоду на завтрашний день даже дома можно предсказать по давлению и облакам.
Штат метеостанции всего шесть человек, которые в любую погоду каждые три часа выходят на улицу и скрупулезно записывают цифры. И среди этих людей есть династия!
Елена – метеоролог во втором поколении. Ее мама, Галина Ивановна Пахомова, отдала станции 40 лет. И передала пост дочери. Елена выучилась в Росгидромете в Ростове-на-Дону, получила высшее метеорологическое образование. Ее муж работает здесь же агротехником, дети тоже получили «погодные» специальности.
– Самое сложное в работе? – переспрашивает Елена наш вопрос и без паузы отвечает: – Непогода. Когда шторм, ветер, метель, ураган. В такую погоду мы обязаны выходить в «рабочий кабинет» – открытую метеоплощадку – каждые 30 минут. Представьте себе ночь, декабрь, ветер с поземкой, а нам надо надеть теплую куртку, взять фонарик и идти смотреть на провода и температуру. И никуда не деться. Положено. Выходим.
– А увлекательное?
– Хорошая погода. Тишина и штиль.
О чем молчат облака
Мы все любим посетовать: «Врут синоптики!» Оказывается, это не совсем верное слово. И вот почему.
– Раньше точность прогнозов была процентов 40-50, – рассказывает Елена. – Сейчас практически сто.
– А как же знаменитое: «обещали дождь, а выглянуло солнце»? – спрашиваю тезку.
– Если ошибаются, то максимум на час. Например, если сказали, что дождь пойдет в 5 утра, а он придет в 6, это уже погрешность, а не ошибка.
Сотрудники станции – не синоптики в полном смысле этого слова (прогнозы на будущее составляет Краснодарский центр). Их задача – наблюдать. Они несколько раз за сутки измеряют температуру воздуха, почвы, давление, скорость ветра, количество осадков, фиксируют росу, гололед, метель или пыльную бурю. Потом шифруют все это в специальный цифровой код (например, 42997 – его могут понять только метеорологи) и отправляют в Краснодар. Там уже синоптики раскладывают огромные карты, смотрят, куда ползет циклон, и выдают прогноз на 2-3 дня. Совпадение – 90%, что неплохо для такой непредсказуемой штуки, как погода.
Но есть у метеорологов и свои, житейские приметы.
– Смотришь на небо, – говорит Елена. – Если видишь облака «циррус» и «циррастратус» (такие высокие, перистые), значит – жди дождя. Это стопроцентный предвестник.
К слову, пока мы разговаривали, на небе появилась кучевая облачность. Елена глянула мельком и бросила буднично: «Будет погода меняться в худшую сторону. Дожди пойдут».
Мы тогда не поверили – было сухо и даже солнечно. А уже ночью на район действительно пролился сильный дождь. Мистика? Нет. Обычная внимательность.
Сталин, ртуть и 100-летний барометр
Тут мы подходим к самому сокровенному. Елена подводит нас к старому шкафу с застекленной дверцей. За ней – прибор. Латунь, стеклянная трубка, цифры на шкале.
Елена Лысунова показала раритетный барометр, которому больше ста лет. Он и сейчас работает без сбоев. / Фото А. Толстых
– Это наш «старичок», – с явной нежностью в голосе говорит начальник станции. – Барометр. Ему больше 110 лет. Прибор пережил революцию, Гражданскую войну, Великую Отечественную. Внутри – килограмм ртути. Да-да, самой настоящей, жидкой, тяжелой ртути. И он до сих пор работает безукоризненно.
– В годы войны его прятал наш бывший начальник, уберег, – добавляет Елена.
Электронный современный барометр стоит рядом – маленькая серая коробочка. Но когда отключается интернет (а сейчас это бывает), метеорологи всегда могут обратиться к «старичку». И он не подводит. Чуть давление падает – знай: будет дождь, резко растет – жди ветра.
Кстати, вы знали, что Сталин был метеорологом по образованию? Елена к слову обронила этот факт. Оказывается, Иосиф Виссарионович очень серьезно увлекался измерениями и внес большой вклад в развитие гидрометеорологической службы в стране.
Где граница Европы и Азии?
А теперь – самое неожиданное. Мы спросили у Елены, почему почему реки в Белоглинском и соседнем Новопокровском районах текут в разные стороны?
Она улыбнулась и выдала:
– Если говорить просто, наши районы стоят на двух разных тектонических плитах. Белоглинский – на Европейской, а Новопокровский – на Азиатской.
Вот так просто. Граница между частями света проходит не где-то там, а здесь, в степи, между двумя соседними селами. И реки, естественно, «убегают» от водораздела. Европейская вода течет в одну сторону, азиатская – в другую.
71 градус под ногами
После беседы мы отправились на метеоплощадку, где соседствуют современное оборудование – автоматические метеорологические комплексы, железные флюгер – и приборы из 1970-х, которые до сих пор исправно служат.
Нам показали психрометр – хитрую штуку в коробе, которая измеряет температуру и влажность. Тут же мы узнали важный лайфхак: температуру воздуха всегда измеряют в тени. Потому что на солнце термометр покажет не температуру воздуха, а температуру собственного нагретого корпуса. Это, кстати, частая ошибка станичников, которые вешают градусник «на солнышко» и потом говорят: «Пятьдесят градусов!»
Но это еще ничего, больше мы изумились от другого измерения.
– Прошлым летом максимальная отметка на поверхности почвы была плюс 71 градус, – спокойно говорит Елена.
– Чего?!
– Семьдесят один. В тени было +42. И это не пустыня Сахара, а Краснодарский край. Этой зимой земля промерзла всего на 15 сантиметров. Мало для нашего климата. Когда бывает минус 30, земля промерзает на полметра. Но последние 13 лет настоящей холодной зимы в наших краях не было.
Так выглядит психрометр изнутри. / Фото А. Толстых
На метеостанции измеряют и температуру почвы. Прошлым летом она поднималась выше 70 градусов! / Фото А. Толстых
Елена показывает нам мерзломер (похож на длинную трубку, воткнутую в грунт) и гололедный станок. Устройство, которое фиксирует, как намерзает корка льда на проводах. Для энергетиков и связистов это жизненно важные данные.
Наше внимание привлек осадкомер Третьякова. Внешне это такой железный «цветок» – ведро с защитными полосками-лепестками, чтобы ветер не выдувал осадки. Похож на арт-объект. Но это не украшение, а прибор для сбора дождя и снега.
Что еще измеряют на станции
Каждый день в 9 утра сотрудник станции берет дозиметр. Он измеряет радиационный фон. Сейчас он в пределах нормы. Но один раз, по рассказам мамы Елены, прибор показал другие результаты.
– Это было в то время, когда произошла авария на Чернобыльской АЭС. За сотни километров от Припяти мы ощущали эхо той катастрофы. Фон был немного повышен. Тогда измеряли его каждый час.
Был в практике Елены еще один интересный случай. Несколько лет назад сотрудник метеостанции вышла ночью на замеры. Она услышала, как земля... шумит. Тогда она не поняла, что произошло. А через час пришло сообщение: мощное землетрясение в Турции. Сейсмические волны дошли до Белой Глины, и земля гудела на частоте, которую уловило не только оборудование, но и человек.
Кому нужна эта погода?
Спросили у Елены: а кто вообще является потребителями ваших данных? Оказалось, что от этих шести человек в Белой Глине зависит очень многое.
– «Теплосистема» и «Теплотранс» – первые потребители. Им надо знать, например, насколько промерзает земля и как глубоко прокладывать трубы. Сельхозуправление и фермеры – им важны заморозки, осадки, температура почвы.
Коммунальные службы тоже заказывают данные: когда гололед, когда начинать посыпать дороги.
О погоде, весне и человеческой теплоте
Под конец разговора мы с Еленой Александровной заговорили о самом прекрасном времени года – весне.
– К сожалению, она быстротечна, – отметила она. – У нас бывает холодно и сразу жарко. Сегодня ходим в сапогах, завтра надеваем босоножки. Это наша многолетняя норма.
И она права. Все жители юга России знают это ощущение, когда в начале апреля еще работает отопление, а в конце – уже включаешь кондиционер.
Мы уходили с метеостанции с чувством, что нам показали маленькую вселенную. Здесь, среди ртутных барометров и железных «цветков», работают прекрасные люди, влюбленные с свою профессию. Они не герои. Они не спасают мир. Они просто каждые три часа, в дождь, в град, в жару и пыльную бурю выходят на площадку и записывают показатели. И так происходит годами.
Так что в следующий раз, когда откроете в телефоне прогноз погоды, вспомните: где-то в Белой Глине сейчас снимает десятки показаний специалист, чтобы вы точно (ну, или почти) знали, брать с собой завтра зонт или будет солнце. Ведь именно этот специалист сегодня «пишет» нам погоду на завтра.
